Бумажная модель корабля «Восход-2» 1/48 (PDF)

Представляем бумажную модель советского космического корабля «Восход-2» в масштабе 1/48. Это PDF-развертка с инструкцией от разработчика Леонида Черкашина. На изображении показан корабль в космосе: сферический спускаемый аппарат и конический приборный отсек, а также космонавт в скафандре во время выхода в открытый космос. Модель подойдет для сборки коллекционерами и любителями паперкрафта.

Советский космический корабль «Восход-2»

Разработчик: Леонид Черкашин
Инструкция: присутствует
Масштаб 1/48

«Восход-2» — советский пилотируемый космический корабль серии «Восход», запущенный 18 марта 1965 года с космодрома Байконур. Длительность полёта 26 часов 2 минуты. Во время его полёта впервые в мире человек вышел из космического корабля в открытый космос.

По программе «Восход» решались задачи отработки взаимодействия членов экипажа во время полёта, изучалась возможность работы человека в открытом космосе, проводились научные и медико-биологические исследования, технические эксперименты. Основные достижения полученные по программе «Восход» — первый в мире многоместный экипаж (полёт 3 космонавтов на борту), первый в мире полёт космонавтов без использования скафандров, первый в мире выход в открытый космос.

Корабль фактически повторял корабли серии «Восток» (изначальный технический код разработки был «Восток-3КВ», затем 11а57) и состоял из сферического спускаемого аппарата диаметром 2,3 метра, в котором размещались космонавты, и конического приборного отсека (массой 2,27 т, длиной 2,25 м и шириной 2,43 м) в котором находились топливные баки и двигательная установка.

Для того, чтобы разместить в том же самом объёме не одного, а сразу трёх космонавтов, разработчики отказались от катапультного кресла, применяемого на «Востоках», когда при посадке космонавт покидал корабль ещё в воздухе и приземлялся на парашюте. Кроме того, в корабле «Восход-1» космонавты для экономии места располагались без скафандров. При этом, несмотря на то, что этот полёт был намного опаснее предыдущих, желающих полететь в первом в мире экипаже было более чем достаточно; Сергею Павловичу Королёву стоило больших трудов утвердить в экипаж конструктора спускаемых аппаратов Константина Феоктистова. По кандидатурам командиров и врачей также было немало разногласий.

На освободившееся от катапультного кресла место устанавливались два или три обычных кресла. Поскольку теперь экипаж приземлялся в спускаемом аппарате, то для обеспечения мягкой посадки корабля — помимо парашютной системы был установлен твердотопливный тормозной двигатель, срабатывавший непосредственно перед касанием земли от сигнала механического высотомера.

Корабли «Восток» имели только один жидкостный тормозной двигатель, однако запасов кислорода хватало для десятидневного полёта, что позволило бы кораблю сойти с орбиты и приземлиться, тормозя трением об атмосферу. Резервный твердотопливный тормозной двигатель для схода с орбиты был установлен в верхней части спускаемого аппарата.

На корабле «Восход-2» (код «Восток-3КД»), предназначенном для выхода в открытый космос, оба космонавта были одеты в скафандры «Беркут». Дополнительно была установлена надуваемая шлюзовая камера, которая сбрасывалась после использования. В сложенном виде она представляла собой цилиндр диаметром 700 мм, высотой 770 мм и массой 250 кг. После раздвижения длина её увеличивалась до 2,5 м, внутренний диаметр — до 1 метра и наружный диаметр — до 1,2 м.

Космические корабли «Восход» выводились на орбиту ракетой-носителем «Восход», также разработанной на базе РН «Восток».

Система носителя и корабля «Восход» не имела средств спасения при аварии в первые минуты после запуска, в отличие от предшествующих кораблей «Восток», имевших систему катапультирования, и последующих кораблей «Союз», оснащённых системой аварийного спасения (САС). Ввиду такого высокого риска и концентрации ресурсов на программах «Союз» и лунной, программа «Восход» была свёрнута после двух полётов.

После первого успешного полёта многоместного космического корабля «Восход-1» была поставлена следующая цель — осуществление выхода космонавта в открытое космическое пространство. Миссия была важным этапом советской лунной программы.

Корабль «Восход-2» был модифицирован по сравнению с кораблём «Восход-1». Так, в корабле «Восход-1» находился экипаж из трёх космонавтов, и кабина корабля была настолько тесной, что космонавты осуществили этот полёт без скафандров. В корабле «Восход-2» было два места для космонавтов, а также была установлена надувная шлюзовая камера «Волга». Во время старта шлюзовая камера была в сложенном состоянии, в космосе — надувалась, а перед сходом с орбиты и приземлением — отстреливалась от корабля.

В июле 1964 года был назначен экипаж для выполнения полёта на корабле «Восход-2». Основной экипаж: Павел Беляев — командир и Алексей Леонов — пилот; дублирующий экипаж: Виктор Горбатко и Евгений Хрунов. Позже к подготовке к полёту был привлечён и Дмитрий Заикин.

Для выхода в открытый космос в НПО «Звезда» был создан специальный скафандр «Беркут». Тренировки выхода в открытый космос проводились в самолёте Ту-104. В салоне был установлен макет корабля «Восход-2» в натуральную величину. Тренировки проходили во время короткого состояния невесомости, возникавшего во время полёта по параболической траектории.

За три недели до предполагаемого запуска «Восход-2», 22 февраля 1965 года был запущен аналогичный аппарат «Космос-57» в беспилотном режиме. Основная задача — проверка работ системы шлюзования — была полностью выполнена, однако при возврате аппарата возник сбой, из-за чего спуск начался в незапланированном районе. Через 22 минуты сработала система самоуничтожения с целью недопущения приземления аппарата вне территории СССР. Образовавшиеся обломки в течение нескольких дней сгорели в плотных слоях атмосферы. Несмотря на эту аварию, было решено продолжить работы по запуску основного аппарата.

В день запуска перед стартом скафандры надели только Беляев, Леонов и Хрунов, который был подготовлен к выполнению функции как командира, так и пилота, и при необходимости смог бы заменить или Беляева, или Леонова.

Сразу после выхода на орбиту, уже на первом витке, была надута шлюзовая камера, состоящая из 12 «пневморёбер». Перед выходом оба космонавта были в скафандрах. Беляев был готов в случае непредвиденных обстоятельств помочь Леонову вернуться в корабль. Выход в открытый космос начался на втором витке. Беляев с пульта управления открыл люк в шлюзовую камеру (люк спускаемого аппарата). Леонов в скафандре перебрался в неё. Беляев закрыл за ним люк и начал разгерметизацию камеры. В это время корабль находился над Египтом (вне зоны радиосвязи с наземными пунктами слежения на территории СССР). В 11:32:31 Беляев открыл люк шлюзовой камеры, и в 11:34:51 Леонов выплыл в безвоздушное пространство. В момент выхода Леонова в открытый космос Беляев передал сообщение в эфир: «Человек вышел в космическое пространство! Человек вышел в космическое пространство! Находится в свободном плавании!»

На внешней поверхности корабля были установлены две передающие камеры телевизионной системы «Топаз-25» (25 кадров в секунду). Приём телесигнала осуществлялся на спиральную антенну ТНА-150 с эффективной площадью приёма в 150 м2 на полигоне «Медвежьи озёра» (Московская область), а также приёмными станциями в Красном Селе (Ленинградская область), на Симферопольском измерительном пункте и на объекте «Уссурийск» на Дальнем Востоке. Принятое на каждой станции изображение записывалось на киноплёнку. Съёмка с внешней поверхности корабля осуществлялась также специальной кинокамерой С-97. В скафандр Леонова была встроена фотокамера Ф-21, разработанная в ведомстве КГБ, но сделать снимки не удалось, так как при перемещении космонавта из спускаемого аппарата в шлюзовую камеру оторвался манипулятор фотокамеры.

Пять раз Леонов удалялся от корабля и возвращался к нему. Он был связан с кораблём фалом, длина которого составляла 5,35 метра. После отхождения от корабля Леонов проплывал над Чёрным морем, Кавказским хребтом, Волгой, Иртышом, Енисеем.

Выход в открытый космос закончился во время пролёта корабля над Якутией. В свободном полёте Леонов находился 12 минут и 9 секунд. Возвращение в шлюзовую камеру было осложнено тем, что из-за большой разности давлений снаружи и внутри скафандра требовались большие усилия для сгибания оболочки скафандра, который к тому же несколько раздулся. Только после того как Леонов снизил давление кислорода внутри скафандра с 0,4 до 0,27 атм, он смог войти в шлюзовую камеру, толкнув сначала туда снятую кинокамеру С-97. В 11:48:34 был закрыт люк шлюзовой камеры, и через три минуты начался наддув воздуха. После достижения нормального давления и открытия люка спускаемого аппарата Леонов развернулся в шлюзовой камере головой к люку и, войдя наполовину в спускаемый аппарат, закрепил на кронштейнах кинокамеры: С-97 и ещё одну, С-08, которая была установлена внутри шлюзовой камеры. Затем, развернувшись в шлюзовой камере, вошёл в спускаемый аппарат «ногами вперёд». Вопреки инструкциям, не закрыв люк и не проверив герметичность, Леонов открыл шлем и протёр глаза от заливавшего их пота.

Вскоре после закрытия люка корабля экипаж заметил нарастание парциального давления кислорода в кабине, но не мог понять причину, так как датчик люка показывал его закрытие. Парциальное давление превышало нормальное (160 мм рт. ст.) в два раза и более, что создало угрозу взрыва, аналогичную причине гибели Бондаренко и экипажа «Аполлон-1», — малейшая искра в системе электроснабжения могла привести к воспламенению обогащённой кислородом воздушной смеси в кабине. Через 7 часов полёта рост общего давления до 920 мм рт. ст. привёл к срабатыванию аварийного клапана перепуска, возник вибрационный толчок, после чего состав воздушной смеси и давление в кабине стали приходить в норму. Объяснение всему произошедшему было дано позднее.

Шлюзовая камера по команде командира корабля была отстрелена, но её отстрел повлиял на автоматическую стабилизацию полёта, вышла из строя система ориентации, что привело к большой угловой скорости вращения корабля в двух плоскостях, корабль делал полный оборот в течение 20—22 с. Затем угловая скорость стала уменьшаться, и к 15 витку полный оборот происходил за 55 с. По команде с Земли устранить вращение удалось включением ручного управления и последующим выключением его.

Посадка корабля «Восход-2» должна была состояться после 17 витков в автоматическом режиме, но автоматика отказала. Экипажу была дана команда сажать корабль вручную на 18-м или 22-м витке. Как рассказывал впоследствии Леонов, экипаж сам выбирал район для посадки — в 150 км западнее Соликамска — в тайге, чтобы не было предприятий и линий электропередач. На 18-м витке Беляев перевёл корабль на ручное управление. Так как кресла космонавтов в кораблях «Восход» были повёрнуты на 90° относительно пульта (и относительно исходного положения на кораблях «Восток»), ручное управление было невозможно, если космонавты пристёгнуты в кресле «по-посадочному». Поэтому Беляеву пришлось отстегнуться, сориентировать корабль, подготовить включение тормозной двигательной установки (ТДУ), вернуться в кресло, пристегнуться и включить ТДУ. На то, чтобы вернуться в кресло и пристегнуться, ушло 22 секунды, что дало перелёт приблизительно на 165 км к северо-востоку. В результате спускаемый аппарат приземлился в нерасчётной точке, примерно в 70 км западнее Соликамска и 180 км к северу от Перми.

Приземление состоялось 19 марта в 12:02:17 по московскому времени в заснеженной тайге, далеко от населённых пунктов, в пересечённой оврагами местности в 2 км от русла реки Уролки. В спускаемом аппарате был коротковолновый передатчик, по которому азбукой Морзе автоматически передавалось «ВН, ВН…» — все нормально. Сигнал был принят «то ли в Алма-Ате, то ли на Сахалине». Сигнал радиомаяка принимался стационарными радиопеленгационными комплексами «Круг», но погрешность определения места посадки составляла 50—70 км. Кроме того, у космонавтов была УКВ-радиостанция Р-126, но для успешного использования её надо было извлечь из спускаемого аппарата и снабдить высоко поднятой антенной.

Спустя примерно четыре часа после приземления (около 16:00 по московскому времени) место посадки было обнаружено с гражданского вертолёта Пермского авиаотряда по ярко-красному куполу парашюта. Космонавты развели костёр, через 40—50 минут с вертолёта им сбросили куртки, унты, а в хозяйственной сумке топор и ракетницы с тремя ракетами. Космонавты всё подобрали за исключением унтов, которых не удалось найти. Вещи, сбрасываемые с вертолетов позже, не в режиме висения, найти на значительном удалении и в глубоком снегу было невозможно. Работа вертолётов в районе посадки была затруднена из-за большой высоты деревьев (30—40 метров), а в ночных условиях была полностью приостановлена. До окончания светового дня одному из самолётов Ан-12 удалось запеленговать работу радиомаяка спускаемого аппарата и выйти в расчётный район посадки. Самолёты Ан-12 и Ил-14 попеременно находились в районе посадки с целью возможного установления радиосвязи с космонавтами и доразведки обстановки. Однако в день посадки радиосвязь установить не удалось.

Космонавты находились на месте посадки двое суток, причём первую ночь они провели одни. Спускаемый аппарат остывал на морозе, внутри кабины становилось всё холоднее. Скафандр Леонова ещё при выходе в открытый космос изнутри был мокрым от пота и конденсата. Ночью космонавты сняли скафандры, отжали бельё от накопившейся влаги, вновь оделись и дополнительно утеплились, используя споротые куски внутренней экранно-вакуумной теплоизолирующей обшивки кабины (несколько слоёв алюминиевой фольги с синтетической тканью — дедероном). Ночь провели в креслах-ложементах кабины, закутанные кусками обшивки и парашютными стропами.

На другой день, 20 марта, космонавтам удалось с большими усилиями (с помощью топора) извлечь радиостанцию Р-126, поднять антенну и установить радиосвязь с самолётами. Затем к месту посадки стали прибывать спасатели поисковой группы, а также хорошо ходившие на лыжах лесники из организованных местных поисковых групп. Часть спасателей удалось высадить на удалении 2 км (по другим источникам 1,5 км) от космонавтов из вертолёта в режиме висения над небольшой площадкой с не очень высокими деревьями (затем эта ближняя площадка была расчищена доставленными сюда лесорубами и стала промежуточным пунктом эвакуации). Из-за большой глубины снежного покрова на преодоление 2 км первой группе спасателей (3 человека) потребовалось 3 часа, группа добралась до космонавтов в 11:35.

Подходящая поляна для посадки нескольких вертолётов находилась в 5 км от космонавтов, на ней был развёрнут штаб руководства спасательной операцией. Отсюда, с большой площадки, 20 марта к космонавтам отправилась на лыжах ещё одна группа спасателей. Эвакуация космонавтов вертолётами без посадки (в режиме висения) была запрещена осуществлявшим общее руководство операцией маршалом авиации Руденко. К вечеру 20 марта около экипажа собрались 22 человека. У космонавтов появилось тёплое белье, унты. В большом котле вскипятили воду, космонавты помылись. Вторую ночёвку космонавты провели в построенном на месте посадки бревенчатом срубе.

Эвакуация космонавтов состоялась на третьи сутки, 21 марта. Космонавты и спасатели пришли на лыжах к вертолёту Ми-4 на ближней площадке (2 км), который перебросил их на большую площадку. На вертолёте Ми-6 космонавты были доставлены в Большое Савино. Дорога, ведущая от аэропорта в город, позже была переименована в «шоссе Космонавтов». Вечером 21 марта 1965 года космонавты прилетели на Байконур.

На месте посадки спускаемого аппарата после убытия космонавтов лесорубами была расчищена площадка 70×200 м для вертолёта в режиме висения и подцепки объекта 25-метровым тросом. Спускаемый аппарат был эвакуирован 22 марта вертолётом Ми-6.

Развертки и инструкцию по сборке бумажной модели космического корабля «Восход-2» можно скачать в виде pdf-файла, прикрепленного ниже. Обратите внимание, что для имитации баллонов пневмосистемы разработчик рекомендует использовать шарики диаметром 7,5 мм, а для изготовления антенн — проволоку. Печатаем развертки на фотобумаге или ватмане и собираем согласно инструкции. Для защиты от пыли и загрязнения можно предварительно покрыть листы с выкройками лаком для волос из баллончика (лучше всего подойдет лак сильной фиксации), также можно покрыть им и уже готовую модель, даже предварительно ее не обрабатывая.